– Наш земляк Евгений Герасимов погиб 27 мая 1916 года в разгар Брусиловского прорыва. С возвращением его тела в
Ковров связана история очень интересная и необычная для сегодняшних дней. В те годы родственникам погибших разрешалось приезжать на фронт за останками своих воинов. Когда стало известно, что Евгений погиб, его отец собрался в дорогу. Но пока добирался до места, ход боевых действий изменился, противник перешел в контрнаступление, и полковое кладбище, на котором похоронили Евгения, оказалось на занятой австрийцами территории. Тем не менее буквально на час с небольшим между воюющими сторонами было заключено локальное перемирие. Гроб с телом Евгения выкопали австрийские солдаты, с почетным караулом донесли его до линии фронта, где были перерезаны проволочные заграждения, и передали его нашим солдатам, а те, с свою очередь, отцу. Полчаса спустя «колючку» вновь натянули, и война на этом участке продолжилась, – рассказывая эту удивительную историю, Михаил Котомин, заведующий музеем «Ковров – город оружейной славы», подчеркнул, что во время Первой мировой такие события еще были возможны, недаром ее называют последней рыцарской войной Европы.
Рыцарем, в лучшем смысле этого слова, можно назвать и нашего земляка.
27 мая – ровно через 110 лет после гибели Евгения Герасимова – в историко- мемориальном парке Коврова, у места захоронения участника Первой мировой войны, собрались военнослужащие ковровской дивизии, официальные лица, сотрудники музея и представители СМИ. Собрались с единственной целью: в лице одного героя – убежденного патриота и защитника Родины – отдать дань памяти всем, кто сражался на полях той войны…
– К сожалению, долгие годы в истории нашей страны эта война была забытой, слишком сильно ее перехлестнули собой революция и Гражданская война, – продолжает Михаил. – Но память о ее героях начала возрождаться: и в Москве, где установлен памятник на Поклонной горе, и в других городах…
Май. Утро. Тишину парка нарушает лишь звонкое непрерывно-беззаботное щебетание птиц. У места, на котором когда-то находилась могила Евгения Герасимова, а теперь стоит лишь табличка с его именем, выстроились сегодняшние защитники Родины. У каждого из них по гвоздичке в руке.
– Ковров, где вы служите, – продолжает Ольга Монякова, директор музея, – это город Воинской славы, и он стал таким, потому что многие поколения наших предков воевали и трудились на благо Родины. Наша задача о них помнить. Тем более, музея, основная миссия которого сохранять историю и доводить ее до живущего сегодня и будущих поколений. Мы не упускаем ни одной возможности вспомнить о земляках, которые отдали жизнь за страну, как сегодня отдают свои жизни бойцы СВО.
– Это очень важно, – присоединилась к вышесказанному директор управления культуры и молодежной политики Ирина Калигина, – потому что не знаем, как повернулась бы история, не соверши эти люди подвиг.
Время в парке будто остановилось, сквозь листву «потянуло» дымом далеких сражений…
– Брусиловский прорыв – одна из крупнейших наступательных операций Первой мировой, огромный успех нашей армии, – делится Михаил Котомин, – она отличалась от предыдущих невероятно тщательным уровнем подготовки и непривычной тактикой, которую избрал командующий фронтом Алексей Брусилов. Он отказался от принятой схемы главного и вспомогательного ударов – наступал одновременно весь Юго-Западный фронт, и удар каждой армии был на своем направлении главным. Это не позволило противнику своевременно перебрасывать резервы к местам прорывов. В результате наступление превратилось в настоящий разгром австро-венгров. Противник за месяц потерял фронт на линии от Припятских болот до Румынии, убитыми, раненными и пленными – около полутора миллионов человек (наши, несмотря на то что наступали, в три раза меньше), около трехсот орудий и 13 тыс. пулеметов. Русские войска продвинулись на разных участках на расстояние от 60 до 120 км. Но, к сожалению, этот успех не был поддержан наступательными операциями других фронтов, и реализовать заложенный в нем потенциал не удалось.
Среди погибших в ходе Брусиловского прорыва российских военных был и ковровчанин Евгений Герасимов. Вот что сотрудники музея о нем сообщили:
– Он принадлежал к числу тех провинциальных русских людей, для которых тяга к знаниям, патриотизм, любовь к
Родине во всех ее проявлениях, стояли на первом месте.
Родился Евгений Георгиевич в 1890 году. Дед его был крепостным крестьянином, который со временем выкупился и устроился работать на Московско-Нижегородской железной дороге. Позднее он был направлен мастером в существовавшие уже тогда ковровские железнодорожные мастерские. Его сын, Георгий Лаврентьевич, также пришел работать в мастерские и со временем стал начальником котельного цеха, а два его отпрыска, в том числе и Евгений, к началу Первой мировой войны только что окончили учебу в Москве, в том университете, что сейчас называется МГУ. По закону того времени, оба имели освобождение от призыва. Тем не менее Евгений в первые же месяцы войны ушел добровольцем, а после окончил школу прапорщиков и к моменту своей гибели был командиром второй роты 318-го Черноярского пехотного полка. Сохранилось 16 писем, которые он писал в Ковров своим родственникам и которые сегодня находятся в фондах музея. В них он описывал ситуацию на фронте, солдатский быт, о чем думали люди, защищая страну. Одно из них было зачитано.
«Я пошел сюда не под влиянием минутного настроения и не для героической роли, меня сюда потянуло элементарнейшее чувство простого честного человека. В минуту крайнего напряжения народа, в минуту величайшей национальной опасности не время для каких-либо отсрочек. Место каждого русского человека там, где он в данный момент нужнее всего и полезнее. Я считаю, что нужнее всего и полезнее мне быть здесь, поэтому я и пошел…»
Евгений Герасимов – родной дядя известного ковровского писателя Сергея Никитина. В одном из своих рассказов «Падучая звезда» Сергей Константинович – через своего героя Митьку – описал собственные, впечатавшиеся в память, впечатления детства о том, как он с бабушкой посещал «прикладбищенскую церковку Иоанна-воина» и могилку на старом кладбище: «…Над ней густым зеленым клубом вздымался огромный куст сирени. Присев под ним на лавочку, бабушка вытирала платком глаза, а Митя… Он еще никогда не видел смерти, и в эту минуту ему тоже до горьких слез было жалко бабушку, но не того, над кем трепетал своими сочными листьями сиреневый куст…»
Над местом захоронения Евгения Гарасимова сиреневый куст цветет и сейчас…
В завершение мероприятия к мемориальной доске под сиренью возложили цветы. А также к еще одному памятнику и кресту, установленным на месте бывшей здесь когда-то братской могилы. В ней были захоронены воины Первой мировой, умершие от ран в ковровских госпиталях.
Инна БУЛАТОВА.
Фото Бориса НИКИТИНА.
