«Не бойся, я с тобой!» – так называется ковровский проект, ставший в этом году победителем второго конкурса президентских грантов. Наша газета уже писала о нем – в № 34 от 2 сентября 2025 года вышел материал «Женщины, которые к нам приходят, настоящие «контейнеры» боли» с руководителем АНО поддержки семьи, материнства и детства, защиты традиционных и нравственных ценностей «Вера. Надежда. Любовь» Натальей Добринской. Прошло несколько месяцев, и мы снова на связи.
– Наталья Валериевна, давайте напомним читателю, в чем суть проекта и какие в нем задействованы направления работы?
– Проект не новый, он реализуется в Коврове уже восьмой год. Основная целевая группа проекта – это кризисные беременные. То есть женщины, столкнувшиеся с незапланированной беременностью и вставшие перед выбором: рожать – не рожать. Мы, со своей стороны, стараемся помочь будущей маме сохранить малыша, предлагая ей психологическую, юридическую и материальную помощь. Радуемся, что за годы работы на счету нашей организации почти сотня «спасенных» детей. Считаю, что это – настоящее счастье! Но за годы существования проекта мы чаще сталкиваемся с человеческой болью. В этом году мы постарались дополнить проект – создали в нем группу поддержки женщин с трагическим опытом перинатальной потери (независимо от ее причины), которую назвали «Молчаливое горе». Изначально ковровчанки на нее не откликнулись. Мы стали думать, анализировать, и пришли к выводу, что название отпугивает. Теперь эта группа называется «Путь к исцелению». Работаем уже с третьим потоком. Каждый был рассчитан на участие не более трех женщин, но пришло больше, в последнем потоке их – пять.
– Таким образом, получается, у вас два направления: кризисные беременные, с которыми вы работаете уже восемь лет, и новое – женщины с опытом перинатальных потерь. Можно уже говорить о каких-то результатах?
– Да, завершается первый этап реализации проекта, и первые итоги мы уже подвели. Убедились, что комплексное доабортное консультирование – когда с женщиной работает не один психолог, а несколько, либо психолог и социальный работник – повышает эффективность самой консультации. В этом году благодаря нашей работе сохранено уже 15 беременностей, и это очень неплохой результат. И здесь очень важен индивидуальный подход. Например, когда мы как психологи (в АНО их трое: Наталья Валериевна, Анна Викторовна и Алла Владимировна – прим. автора) выяснили причины, по которым поступившая к нам женщина выбирает аборт, предупредили ее о возможных последствиях как для здоровья, так и для психологического состояния (потому что постабортный синдром – это не шутки, с ним, по статистике, сталкивается более 60 % всех женщин, прервавших беременность), поработали со страхами, в том числе ухудшения материального положения, к консультации подключается Анна Ивановна – социально-правовой консультант. Ее консультация необходима, так как многие наши женщины, находясь в уязвимом психологическом состоянии, чаще всего уверены, что их семья с создавшейся ситуацией просто не справится. Считают, что не имеют права на какие-то льготы, и Анна Ивановна вместе с ними связывается с отделом социальной защиты, выясняет, на какие выплаты конкретная семья может рассчитывать, что нужно сделать, чтобы их получить. Ситуации разные. Бывает, что женщина реально нуждается, но за выплатами по каким-то причинам, действительно, не приходит. Например, на семью зарегистрировано две машины, одна из которых давно не ездит, ее пора бы уж и с учета снять, но она все равно считается как имущество и учитывается при начислении пособий и льгот. А некоторые женщины в официальные структуры просто боятся звонить, и Анна Ивановна преодолевает с ними этот барьер.
– А если по выплатам они все-таки не проходят?
– Те женщины, которые не проходят, встают на учет в нашу организацию, и мы им стараемся помогать уже здесь. Выдаем ежемесячную продуктовую помощь, бытовую химию, детские товары и памперсы… Благодаря проекту имеем возможность предоставлять и сертификаты на покупку продуктов номиналом в 2,5 тыс. рублей. Раз в неделю для семей, состоящих у нас на учете, предусмотрены и благотворительные обеды, их можно забирать и домой. Кроме того, работаем с обращениями: при острой нужде выдаем единовременную материальную помощь. Случаи тоже самые разные: кому-то необходимо срочно погасить задолженность по коммунальным платежам, кому-то лекарства приобрести… При этом считаю, что многое зависит от самих женщин, от их настроя – у нас нет цели взять на себя за них полностью ответственность. Помогаем, чем можем: своими силами, силами федерального гранта и наших благотворителей, – остальное семьи должны взять на себя. Но могу сказать, что из всех наших женщин остронуждающихся практически нет. У большинства превалируют психологические установки: не то, чтобы они реально не справляются с ситуацией, а страх, что так может быть.
– Количество ваших подопечных увеличилось. Кроме материальных, чаще всего с какими проблемами сталкиваетесь?
– На первом месте, пожалуй, все-таки проблемы психологические. Нельзя забывать, что мы имеем дело с особой категорией. Беременная женщина рефлексирует достаточно сильно. Часто по своему состоянию она становится похожей на ребенка или подростка, который очень нуждается в поддержке, внимании. Ей важно быть принятой, понятой, и если она не получает этого в семье, в коллективе, то это и к отчаянному шагу может ее склонить. Например, у нас был такой случай: ковровчанка с твердым убеждением собиралась пойти на аборт только потому, что в ее рабочем коллективе многодетность, мягко говоря, не приветствовалась. Нам стоило немалых трудов убедить ее не подстраивать свою жизнь под чужое мнение. Сейчас в семье появился четвертый очень любимый ребенок. Один разговор иногда может в корне все изменить! В основном наши подопечные, я бы сказала, гиперответственные. У них обязательства перед уже рожденными детьми, перед родителями, работодателями, часто – кредитными организациями… И вполне понятно, что они боятся не справиться с подобной нагрузкой. На консультациях мы стараемся разложить все по полочкам: где может муж помочь, где старший ребенок, от чего можно без ущерба отказаться вообще… У женщины это порой ломает шаблоны: ей кажется, что домашним она должна только давать, давать и давать, почти ничего не получая взамен. Здесь ей приходится порой перестраивать весь семейный уклад, ведь на чаше весов еще одна жизнь…
– А насколько удается помогать женщинам, с которыми вы работаете в группе поддержки «Путь к исцелению»?
– В этой группе, в основном, женщины, которые раскаиваются в том, что пошли на аборт. Большинство сделали это по медпоказаниям. И истории, действительно, трагичные, страшные. Часто от женщин слышим, что государственная система совсем исключает поддержку, если с ребенком что-то не так. Говорить однозначно здесь, конечно, нельзя. Мог быть высокий риск для здоровья и жизни матери, другие причины. Все женщины, пережившие аборт по медпоказаниям, признавались: когда у ребенка в утробе находили патологию, на них сразу начинали давить, уговаривать «неудачную» беременность прервать. И не только на них, но на всю семью. Женщины восприняли эту ситуацию как выбор без выбора. Вроде бы у них есть право решать самим судьбу малыша, а на самом деле как будто бы нет. Рассказывали, что, в основном, аборты были на значительных сроках, где-то в двадцать недель. Эти истории ранят и нас, потому что они наполнены таким зарядом боли, таким неотреагированным ужасом, что просто удивляешься, сколько у этой женщины сил, раз она так долго всю эту боль носила в себе. И, конечно, разрядка от нее – тоже очень ярко эмоционально окрашенная, но это уже не может не радовать: раз есть разрядка – есть результат.
– Как происходит эта работа?
– Изначально мы брали не больше трех человек, и с двумя такими группами уже работу закончили. Третья группа получилась побольше – вовремя набор не успели закрыть, поэтому пришли пять женщин, и мы чуть-чуть поменяли формат. Основное правило – на общем занятии наша подопечная о своем опыте никому не рассказывает. Только если хочет поделиться сама. В группе мы и напитываемся положительными ресурсами, и настраиваемся, а с травмой работаем индивидуально. В группе поддержки есть свои правила, которые строго соблюдаются. Во-первых, никаких религиозных угроз. Никаких утверждений, что, если ты сделала аборт – Бог накажет. Разве мы можем решать за Него? Не стоит создавать дополнительное напряжение. Другое правило – не сравнивать опыт, говорить: «Я бы на твоем месте вот так поступила!» Мы не обесцениваем чувства других. Возможно, в той ситуации, в которой человек находился – при его ресурсах, знаниях, жизненном опыте – его решение было единственно правильным, и мы не можем никого осуждать. Жизнь продолжается, и, если женщина загонит себя в тоску и уныние, никому от этого лучше не станет: зависание в своем горе (а женщины редко со своими домашними делятся своими переживаниями) – большая угроза ее здоровью, семейному благополучию. Если есть дети, то и для них ненужный пример. Мы не говорим подопечным, что им нужно забыть о травмирующей ситуации, что в том, что случилось нет ничего страшного, не обесцениваем пережитое – стараемся до них донести, что нужно учиться прощать себя, быть чуть снисходительнее к себе. Некоторые свой трагический опыт сублимируют потом в активную деятельность, например, в социальную, в желание от такой ситуации уберечь других, и это уже пример положительный. Но в любом случае, если на занятиях женщина чувствует, что ее накрывает, что говорить не готова, она может сказать слово «СТОП».
– Наверняка, осознание того, что они одиноки в своем горе, как-то влияет на женщин?
– Да, они начинают общаться, и каждой становится легче от этого. Происходит такая групповая динамика – наши девочки потихоньку принимают себя. В конце каждого занятия мы делаем с ними экспрессивный замер. Нужно закончить фразу «Сегодня я разрешила себе…». И такие интересные есть продолжения. Женщины говорят: я разрешила себе страдать (тот случай, когда даже близкие нашу подопечную не понимали, и она пыталась от них свои страдания скрывать). Или: я разрешила себе просто быть, жить, плакать, дышать. Для нас это очень ценный результат. В этой группе поддержки мы проводим шесть занятий. На последнем снова проводим диагностику, и видим: у женщин уходят депрессионные состояния, мышление начинает меняться. Это заметно и визуально – с каждым разом наши подопечные приходят на занятия в более позитивном настроении. И диагностика подтверждает: положительная динамика есть.
Для нас это первый опыт подобной работы – глубокого погружения в травму. Раньше мы шли «за клиентами», а здесь, наоборот, предлагаем довериться нам и идти за нами. В группах царит необыкновенная атмосфера, несмотря на то что наши девочки часто плачут. Но слезы для женщины – это наполнение силой. Она избавляется через них от ненужного и дальше готова свернуть горы.
Всего за этот год занятия пройдут в шести таких группах.
Беседовала Инна БУЛАТОВА.
Фото из архива АНО «Вера. Надежда. Любовь».
