Главная Новости 25 ЛЕТ В РИТУАЛЬНОЙ СФЕРЕ: ГЛАВНЫЕ ПЕРЕМЕНЫ И ЧАСТЫЕ ОШИБКИ

25 ЛЕТ В РИТУАЛЬНОЙ СФЕРЕ: ГЛАВНЫЕ ПЕРЕМЕНЫ И ЧАСТЫЕ ОШИБКИ

опубликован manager

Смерть не спрашивает про сроки и цены, но именно в момент встречи с ней приходится думать о деньгах, документах и сотне мелких деталей. Потеря близкого – это всегда шок, когда даже простые решения даются с трудом. Руководитель ритуальной компании «ВМК Александр» Александр Зайцев, 25 лет работающий в этой сфере, объяснил, как не растеряться и не попасть в ловушку недобросовестных предложений и скрытых наценок. Это психологически непростая инструкция, но рано или поздно она пригодится каждому.

– Александр, ваша отрасль очень специфична в плане эмоциональной нагрузки. Почему вы решили заниматься ритуальными услугами?

– Получилось как-то само собой. После армии я поработал в милиции, потом занимался маршрутными такси. В 2000 году знакомый устроил меня в «Военно-мемориальную компанию», тогда она стала третьей в городе ритуальной службой. Сначала подрабатывал, потом начал оформлять захоронения, ставить памятники. Так постепенно и остался в этой сфере. Позже из‑за разногласий с учредителем открыл свою компанию «ВМК Александр».

– Проиллюстрируйте цифрами масштаб работы вашей компании сейчас.

– По Коврову и району в месяц бывает примерно 200 похорон, мы обслуживаем около 40-50%.

Первые 15 минут: что делать и чего избегать

– Если очень кратко объяснить человеку, что делать в первые минуты после утраты, что бы вы сказали?

– Позвоните мне на номер тел.: 8-920-930-26-26. В любое время дня или ночи. Я или сам помогу вызвать скорую и полицию, либо пошагово проинструктирую, что сделать. Поначалу теряются все, и это нормально.

– А что не надо делать в первые минуты?

– Пускать в дом незнакомых людей. Пустили фельдшера, пустили полицию – и все, больше никого. Не спешите. Закройте дверь в комнату с усопшим, откройте форточку, чтобы был свежий воздух, и просто сделайте паузу. Все неизбежное уже случилось, и тут уже точно не требуется ваши суета и согласие на предложение незнакомых людей, которые бегут за «Скорой» со словами: «Дальше мы все сделаем!» Они, конечно, все сделают, но за 80, а то и 100 тысяч рублей. При том, что можно уложиться в 30-35.

– Это ваш средний чек?

– Да, и в эту сумму входят могила, катафалк, бригада, оббитый гроб с подушкой и покрывалом, как положено, а также все разрешительные документы. Дополнительно остается купить только крест и венок, если это хочется сделать.

– А поминальный обед вы тоже можете организовать?

– Да, работаем со всеми кафе города, вариантов много, начиная от тысячи рублей на человека.

– Возвращаясь к первым минутам после смерти близкого, хочу уточнить важный момент: кто занимается транспортировкой тела в морг и платит за это?

– Бесплатная доставка в морг есть у любой ритуальной службы, и в этом заключается традиционный подвох. Потому что, когда проходит первый острый шок, у горюющего человека случается «озарение»: дай-ка узнаю, сколько это стоит в других местах. Он сравнивает, находит дешевле – а тело-то уже увезли! Так вот важно помнить: если агент, которого вы не звали, говорит: «Мы отвезем, все сделаем, завтра придете», это не значит, что вы заключили договор на все остальное. Если это инициатива агента – это только инициатива агента, и за доставку тела до морга вы платить не должны. А вот если вы сами позвонили в ритуальную службу, попросили приехать и забрать тело, а потом за всеми остальными услугами пошли в другую компанию – вот тогда за доставку придется заплатить три тысячи рублей.

– За счет чего вы держите невысокие цены?

– Мы не платим никому за «приводы» усопших. Вот смотрите: элитные гробы все ритуальщики возят из Москвы, а ходовые, демократичные – закупают на одном и том же для всех предприятии в поселке Красный Октябрь. Также и с оградами и памятниками – их в Коврове делают один-два производителя. То есть продукция у всех ритуальных компаний практически одинаковая, а цены разные, потому что один сделает наценку в 5 тысяч, а другой – в 50. Это уже вопрос совести.

На сколько хватит кладбищ и реальна ли в Коврове кремация?

– Вы 25 лет в отрасли. Что изменилось в ней за это время?

– Поменялись правила: теперь усопшего обязательно везут в морг, даже если ему на момент смерти было сто лет, и он скончался дома. Раньше в таких случаях, если человек долго наблюдался у врача, справку о смерти могли выдать без вскрытия. Изменились и традиции: прощание у дома теперь не устраивают, сразу едут в церковь, отпевают и – на кладбище. Появились и новшества, например, церемониймейстер, но я считаю это лишней тратой: наши сотрудники сами помогают организовать прощание и следят, чтобы никто не остался без возможности проститься.

– А в юридическом плане?

– Главная проблема – на Троицко‑Никольском кладбище, где администрация запрещает хоронить в уже существующих родовых оградах, даже если там есть свободное место. Лет десять назад границы погоста неоднократно отодвигали в лесополосу, а потом ритуальным компаниям сказали: «Все, дальше не ходите». Сейчас новых захоронений нет, но прежние ограды остались. Размеры у них стандартные – 3 на 4 метра, рассчитаны на 3–4 могилы. Но, когда нужно подзахоронить близкого на свободное место, администрация отказывает, ссылаясь на то, что это земля лесного фонда. При том, что на сделанное ранее захоронение удостоверение у родственников есть. Увы, решать эту коллизию со стороны властей с нами никто не хочет.

– Сейчас единственным разрешенным стало кладбище в Игумново. На сколько его хватит?

– Да, Игумново – основное, хотя до сих пор до конца не обустроено: не доделаны забор и дорожки, да и почва сложная – весной, например, вода стоит почти на уровне травы, приходится вычерпывать ее из могил. Если хоронить по 200 человек в месяц, кладбища хватит примерно на два года. А подходящего места в черте города нет. Рядом с Троицко‑Никольским можно было бы расширить территорию за счет уже занятой лесной делянки: с учетом свободного места в родовых ее хватит лет на десять. Но администрация почему‑то нашла место только в Игумново.

– Отсюда вытекает дискуссионная перспектива – крематорий. Реально ли открыть его в Коврове и будет ли он востребован? Есть ощущение, что город не готов к такому способу обращения с усопшими: «земляная» традиция непобедима.

– Открыть – вряд ли: одно из условий для строительства крематория – город‑миллионник. А вот практика кремации в Коврове уже есть, и она набирает силу: в этом году было уже около двадцати церемоний, примерно два‑три раза в месяц мы ездим в Нижний Новгород или Москву. На этой неделе сам возил усопшего в Нижний: отпели, два часа дороги, сдал, подождал три часа – и получил урну. Вернулся, отдал родственникам. Сама кремация стоит 30 тысяч рублей, полный комплекс с дорогой, гробом и оформлением документов – около 45 тысяч. Мы берем на себя всю логистику: от морга и ЗАГСа до выдачи урны.

– Что дальше делают с прахом?

– По‑разному. В Нижнем Новгороде и Москве есть колумбарии. У нас все зависит от желания семьи: кто‑то ставит урну на полку, кто‑то подзахоранивает в имеющуюся могилу.

Как сэкономить без чувства вины

– Есть ли необязательные вещи на похоронах, на которых можно сэкономить без укоров совести, что сделал не «все, как у людей»?

– От десяти венков: от Ивановых, Петровых, Сидоровых, от племянников, от коллег… Вместо этого можно обойтись одной цветочной корзиной тысяч за пять и написать на ней что-то адресное вроде «Ты был для нас примером. Помним, любим, скорбим». Даже на кресте можно сэкономить, особенно если это родовое захоронение – достаточно добавить на уже имеющийся новую табличку с портретом. Кресты потом все равно лежат в ограде и гниют.

– Все более распространенным становится желание планировать свои похороны заранее. В этом есть смысл?

– Да, есть запросы от клиентов на прижизненный договор, обычно это одинокие пожилые люди. Вроде бы все понятно: они хотят грамотно распорядиться деньгами, пока могут это сделать. Но тут есть этическая и практическая сложность: если о договоре никто, кроме самого заказчика, не в курсе, то ритуальная компания может и не узнать о том, что человек скончался и пора его хоронить. Если тело увезли в морг агенты не той ритуальной компании, с которой заключен договор, и его никто не спрашивает, покойного похоронят как безродного, то есть по факту то, за что взяли деньги, исполнить не получится. Мне было бы стыдно за подобное, поэтому я к таким договорам отношусь осторожно.

– Но если человеку важно «инвестировать» в свои похороны?

– Есть, например, более простой и честный вариант: заказать памятник и хранить его, например, в гараже, а фотокерамику с датами сделают уже потом. Так многие делают: заранее готовят памятник, а на сами похороны деньги откладывают.

– Про памятники: сейчас какой вариант считается «нормой»?

– Чаще всего – натуральный камень, гранит, это надолго, практически навечно. Мрамор сейчас практически не берут. Но есть и бюджетные варианты, например, бетонный памятник, которого хватит лет на 20–25.

– Сколько, в среднем, стоит оформление нового захоронения под ключ?

– Бетонный памятник с фотокерамикой и цветочницей с установкой выйдет примерно на 15 тысяч рублей. Если брать камень – от 40 тысяч. Ограда стоит примерно полторы тысячи за погонный метр. Для участка 3 на 4 метра (это 14 погонных метров) выйдет около 21 тысячи рублей.

– А когда вообще можно ставить памятник? Есть ли какие‑то строгие сроки, вроде «только через год»?

– Это скорее предрассудки. Можно поставить хоть в день похорон – главное, чтобы качественно, чтобы не провалился. Для этого делают нормальный фундамент: хорошо утрамбовывают могилу, ставят арматуру, заливают. Пусть земля дальше гуляет – фундамент будет стоять.

– Воинские захоронения: для того, чтобы это было сделано достойно и бесплатно, нужно обязательно идти именно в военно-мемориальную компанию, как раньше?

– Нет, сейчас все работают на равных. Оружейный залп и другие почести – это зона ответственности воинской части, а само захоронение может провести любая официальная ритуальная служба. Есть компенсация от Министерства обороны – сейчас это около 60 тысяч рублей. Ее выплачивают постфактум: сначала родственники или организатор оплачивают похороны, собирают документы, подают в военкомат, и в течение полутора месяцев деньги возвращаются на счет. То же самое с памятником: делают его, прикладывают квитанции, но компенсируют не больше установленного лимита (до 57 тысяч рублей), даже если памятник стоил дороже.

Одинаковые условия, разный подход

– Тогда чем вы принципиально отличаетесь от других ритуальных служб?

– Кроме ценовой политики – ничем, и это важно понимать. Все работают по разным прейскурантам, но в одинаковых условиях. Бывают, конечно, разговоры: «Мы – районная служба, только мы в районе хороним, нам от администрации положено», – но это лукавство. Или есть уловки, когда служба выигрывает муниципальный контракт на перевозку усопших из больницы в морг за символическую плату, практически за одну копейку. Зачем? Затем, что перевозчик первым получает информацию о покойном и начинает атаковать родственников: «Мы его перевезли, только мы и хороним». Некоторые родные даже не в курсе, что человек скончался, растерялись, а тут перед ними агент с готовым договором на приличную сумму.

– То есть контракт за копейку берут, чтобы реальные затраты «размазать» по прейскуранту?

– А как это еще понимать, если на деле одна такая перевозка обходится в 800 рублей на бензин и зарплату бригаде?

– А можно ли самому организовать похороны близкого?

– Можно, никто не запрещает. В экономическом смысле это даже дешевле: попросить друзей выкопать могилу, того, у кого есть «Газель», забрать тело… И такие случаи есть. Например, недавно к нам пришли родственники со своим гробом из гаража. Обивка была уже сопревшая, мы сделали новую за тысячу рублей – и похоронили в их гробу.

– Тогда в чем преимущество обращения в ритуальную службу?

– В том, что у нас есть годами отработанный механизм действия в ситуации утраты. Нужно не пропустить время, когда в морге выдают справки о смерти, отсидеть очередь в ЗАГСе за свидетельством, оформить разрешение на захоронение – только на это человек потратит целый день, а нужно еще заниматься другими делами – и финансовыми, и организационными. И все это в очень трудной эмоциональной ситуации, когда по-человечески правильнее просто побыть в горевании.

– Я читала отзывы о вашей работе – они многочисленные и очень теплые. Люди пишут, что чувствовали себя «не брошенными» в этот момент.

– Спасибо, мы действительно сопровождаем на каждом шаге. Мы не играем на растерянности, не врываемся без спроса, не навязываем лишнее, а помогаем пройти этапы трудной ситуации тактично и без суеты.

Беседовала Екатерина МОИСЕЕВА.

Фото Бориса НИКИТИНА.

Публикуется на правах рекламы.

0 комментарий
1

Вам может понравиться