Главная Новости 35 ЛЕТ СО ДНЯ КАТАСТРОФЫ НА ЧАЭС

35 ЛЕТ СО ДНЯ КАТАСТРОФЫ НА ЧАЭС

опубликован manager

Ночь 26 апреля 1986 года была самой обычной для жителей нашей страны. Люди мирно спали, не подозревая, что в Украинской СССР на Чернобыльской атомной станции в 1 час 23 минуты катастрофой закончились испытания четвертого энергоблока. Катастрофой, которая изменила и покалечила судьбы миллионов советских людей.

Долгое время о происшествии умалчивали, первое короткое сообщение о чернобыльской трагедии промелькнуло в ТАСС и в программе «Время» только 28 апреля. Именно тогда с загрязненных территорий началась эвакуация людей, а со всех уголков СССР в точку ЧС начали призывать военнообязанных.

В 2021 году исполняется 35 лет  со дня страшной аварии на ЧАЭС. Годы идут, ликвидаторов становится все меньше. Из-за полученных доз облучения  многие из них покинули этот мир совсем молодыми.

Из Ковровского района и Коврова на ликвидацию аварии в разное время отправились более 300 человек.

Накануне 35-летия со дня аварии мы встретились с Владимиром Тепаевым, одним из тех, кому пришлось рисковать собственной жизнью, спасая другие.

Владимир Иванович живет в поселке Мелехово, по профессии — сварщик и водитель грузовой техники. После срочной службы в армии долгое время работал водителем БелАЗ в карьероуправлении.

День, когда пришла повестка с красной полосой, Владимир Иванович хорошо помнит:

«Приехали на мотоцикле люди в военной форме в сопровождении милиции. Вручили повестку с красной полосой, забрали военный билет и паспорт. Отвезли в военкомат, затем во Владимир: медкомиссия, построение. Выстроили всех в ряд. Начали спрашивать, у кого сколько детей. Если трое – отпускали. У меня подрастали двое, оставили, – рассказывает ликвидатор.

Владимир Иванович не скрывает: все понимали, куда едут, хотя это долгое время держали в секрете. У каждого ликвидатора взяли подписку о неразглашении, и все шесть месяцев нахождения на ЧАЭС родные и близкие ничего не знали о месте пребывания сыновей, мужей и отцов…

Путь в зону катастрофы был не близок: добирались на электричке до Москвы, на поезде — до Курска, где уже переоделись в военную форму. Далее — Киев и село Ораное в 30 км от атомной станции.

Владимир Иванович не раз задавался вопросом: почему выбрали именно его, ведь он не служил в химических войсках? Ответ оказался на поверхности — в зоне загрязнения, как воздух, необходимы были водители.

Владимир Иванович сел за руль АРС-14, перевозил воду. Бывал и на самой станции.

«На станции был две недели: снимали зараженную землю, бетонировали, увозили. На месте выдавали респираторы «Лепесток», они очень похожи на те, что носим сегодня в условиях пандемии. Отработаешь свое – идешь помыться, переодеваешься в чистую одежду», — делится воспоминаниями Владимир Иванович.

В зоне станции военнослужащие, конечно, получали наибольшее количество облучения. От дезорганизованности командного состава приходилось и страдать.

«Был в моей практике такой случай: послали на очистные сооружения за станцию. Приехал туда, мне должны были дать напарника — химика, а никого нет. Лишь в химзащите стоит разведчик (измеритель радиации) и говорит: «Уезжай отсюда, солдат, здесь 8 рентген в час».

Даже в 30 км от станции, в селе Ораное, где базировалось подразделение Владимира Ивановича, был высокий радиационный фон.

 «Поедешь на реку заправлять машину водой, а там рыба плавает вся красная, без чешуи. Последствия радиации, — рассказывает ликвидатор».

 Несмотря на радиацию, которая была повсюду, по воспоминаниям Владимира Ивановича, «заставляли строевой ходить по полю, пыль поднимали и эту же пыль глотали».

Доводилось Владимиру Ивановичу бывать и на знаменитом в социальных сетях могильнике техники. Снимали дверь с заброшенной машины и ставили на свою, пострадавшую в ДТП: «Не будешь же ездить без двери?» — продолжает ликвидатор свой рассказ.

На вопрос — было ли страшно? — Владимир Иванович ответил так:

 «Молодой был, бесстрашный. Родина позвала, значит, так надо. Люди и до меня в каких только переделках ни были. Ничего, вот жив до сих пор. И слава Богу!»

Срок сборов был рассчитан на шесть месяцев, но это был сугубо индивидуальный показатель, все зависело от полученной дозы облучения. С дозой в 25 рентген отправлялись сразу в госпиталь. Владимир Иванович получил дозу облучения в 21,6 рентген.

При увольнении наш земляк получил почетную грамоту и чуть больше тысячи рублей. Признается: на память прихватил домой погоны, но, испугавшись за детей, уже дома от них избавился.

В конце беседы захотелось задать Владимиру Ивановичу еще один вопрос. Пусть на тот момент от него мало, что зависело, и он как истинный гражданин своей страны подчинился приказу. Не жалеет ли о проведенных месяцах в Чернобыле?

 «Нет, не жалею. Кому-то надо было, если бы был не я, поехал бы кто-то другой. Я не знаю, как вам объяснить. Но не дай бог начнется война, и каждый пойдет за своего ребенка, за жену, за внучат. У меня восемь внучат, мне 61 год, но  я и сейчас за них пойду! И там была война, война невидимая. Зайдешь на станцию, а воздух гудит. Как будто звон повсюду и грибы белые растут»…

 Вот такие они, наши герои…

Александра ТЕПЛОВА.

Фото из личного архива.

0 комментарий
0

Вам может понравиться

Оставить комментарий

Меню
Газета